Вив Дэниэлс - Только ты [ЛП]

Он притянул меня к себе в объятия, спрятав лицо в изгибе моей шеи.

— Господи, Тесс, — прошептал он. — Я думал, что всё испортил. Когда ты ушла, когда ты не пришла на занятие…

— Всё пошло наперекосяк, — согласилась я. — Всё всегда идет наперекосяк. У нас уже два года всё идет не так. Но мы, наконец, получили шанс сделать всё правильно. — Я не могу позволить всем плохим решениям, которые мы приняли — неверным решениям двух поколений — разрушить то, что было у нас с Диланом. Этому не бывать.

Мы сделали всё возможное, использовали все шансы. И теперь можем начать всё заново.

Глава 20

В пятницу накануне празднования Дня Благодарения Дилан пригласил меня на наше первое настоящее свидание. Прошлая неделя прошла достаточно напряженно: мы много часов трудились над нашим проектом и еще больше над контрольными вопросами, тестами и задачами для профильных курсов. После перерыва на День Благодарения впереди нас ждала еще одна учебная неделя, затем неделя на подготовку перед экзаменами, финальные экзамены и симпозиум, на который я возлагала все свои финансовые надежды. С работы на это время удалось отпроситься, ведь большинство студентов разъезжались по домам, и большого наплыва посетителей не ожидалось. Даже те из нас, кто называл Кантон родным городом, — такие как Ханна, например, — на выходные уехали в неизвестном направлении. Также поступил и мой отец, который, по словам мамы, уехал куда-то со своей семьей.

Должна признаться, какая-то часть меня задавалась вопросом: не этого ли момента ждал Дилан, чтобы пригласить меня куда-нибудь в город? Наши отношения до сих пор состояли из украденных поцелуев после работы в лаборатории и редких обедов. Что технически не слишком сильно отличалось от того, чем мы занимались, когда еще официально не встречались. Да, сейчас мы считались парой, но не имело значения, сколько раз я это себе повторяла, всё равно до конца поверить не могла. Моего небогатого опыта с парнями не хватало, чтобы научиться себя правильно вести именно с этим конкретным парнем. С парнем, которого я люблю. С парнем, отношения с которым когда-то продлились лишь неделю и вылились в нечто гораздо большее.

В субботу во второй половине дня Дилан планировал уехать домой, но обещал вернуться сразу же после Дня Благодарения, чтобы успеть внести последние штрихи в наш проект перед сдачей его на кафедру и, как он добавил, провести какое-то время вместе перед наступлением безумия, связанного с экзаменами. Это означало, что если мы не выберемся куда-нибудь сегодня вечером, то шанса встретиться до экзаменов или, если учитывать то усердие, с которым Дилан набрасывается на лабораторные исследования, даже до рождественских каникул больше не будет. А к тому времени мы уже будем встречаться месяц. Такой срок может показаться одновременно слишком коротким и очень долгим.

Вот такие мысли кружились вихрем в моей голове, пока я принимала душ, одевалась и наносила макияж. Я сделала неброский мейк — не такой ярко-кричащий, какой обычно накладывает Кристина — лишь немного туши и капельку блеска для губ. Я надела черное платье с запахом, взятое из своего, а не из мамина обширного гардероба. Платье было широким с пышной юбкой и глубоким V-образным вырезом, в котором проглядывался кулон. С помощью фена я придала волосам объем и оставила их свободными волнами струиться по плечам. А после долго и оценивающе рассматривала себя в зеркале.

Я не мои родители. Да, у меня глаза отца, а лицо и фигура матери, но я не должна следовать по их стопам. Мальчик, который любил меня и которого я любила в ответ, оказался достаточно сильным, чтобы сделать выбор в мою пользу. Его любви хватило, чтобы сделать меня своей по-настоящему. Это было всё, чего я хотела, всё, о чем я просила, хотя думала, что такая девушка как я никогда не сможет иметь подобного.

Так почему же я не чувствую себя счастливой?

Мои сомнения продолжали меня терзать, пока не раздался стук в дверь. Как только я увидела его, всё остальное перестало иметь значение. Дилан был одет в темные брюки и темно-серый свитер, от цвета которого его глаза сверкали как бенгальские огни. Или, возможно, из-за лица, которое так и светилось.

— Тесс, — едва слышно выдохнул он. — Ты прекрасно выглядишь.

Я прикоснулась к юбке.

— Разумеется. Стоит скинуть лабораторный халат, и ты хорошеешь на глазах.

— Нет, — ответил он. — Ты и в халате смотришься замечательно.

Перекинувшись с мамой парой слов, он взял меня за руку и повел к своей машине.

— Куда направимся? — спросила я, как только мы пристегнулись.

— В «Верде».

Я повернулась к нему, изумленно подняв брови.

— Что, не нравится это место? Ты же проводишь там много времени. Я решил, что оно твое любимое. — Он подмигнул мне и потащил со стоянки. — Не беспокойся, Ти. Мне не удалось пригласить тебя отпраздновать твой день рождения, но я знаю место, которое, как мне кажется, тебе понравится. Оно немного вычурное, и там точно не обслуживают несовершеннолетних студентов, так что у тебя появится выдающаяся возможность поэкспериментировать.

Значит, по этой причине он не водил туда Ханну? Ведь ей еще не исполнился двадцать один год. Не целенаправленно ли он повел меня в место, находящееся далеко от кампуса? Может, он надеялся не нарваться на тех, кто знал его и Ханну?

Так, перестань об этом думать, Тесс. Остановись.

Спустя примерно пятнадцать минут Дилан подъехал к невзрачному кирпичному зданию, в котором располагалось кафе. На черном навесе при входе золотистыми печатными буквами было выведено название, но с того ракурса, где стояла я, прочитать его не удавалось. Мы подошли к входной двери.

— «Алхимия», — произнесла я, наконец сумев прочесть название.

— После тебя, напарник, — произнес Дилан, открывая передо мной дверь.

Обстановка внутри была оформлена в стилистике фильмов про Шерлока Холмса: кирпичные неоштукатуренные стены, металлические трубы, тянущиеся в разные стороны. По всему бару были развешаны гигантские стеклянные резервуары, подсвечивающиеся изнутри некой таинственной консистенцией, излучающей зеленовато-золотисто-синее сияние. На стеллажах вдоль стен выстроились бутылки из темного стекла с надписями, выведенными трафаретным шрифтом. Это место совсем не напоминало бар, оно больше походило на аптеку викторианской эпохи.

Мы с Диланом обнаружили свободное место за небольшим высоким столом. Я взгромоздилась на кожаный табурет так, что широкая юбка моего платья сползла в сторону. Открыв меню в кожаном переплете, я принялась изучать предложения, разбитые на такие категории как «Отвар», «Эликсир» и «Зелья». Вот уж точно, это заведение далеко не «Верде». Здесь не подавали «Амаретто сауэр», и, несмотря на свой опыт работы барменом, я не узнавала и половину названий перечисленных ликеров.